Я расскажу про нашу с Мариной поездку в Чарские пески. Это место находится около посёлка Новая Чара, в Забайкалье. Далёкие края. Мы ездили туда на майские праздники 2023 года с целью фотосъёмки этих мест.

В итоги, кратко, вот что получилось:

5 мая
Вылет из Петербурга в Красноярск. Ночёвка в Красноярске.

6-7 мая
Поезд Красноярск — Новая Чара. Долгая дорога по БАМу, виды Сибири, Байкал, Северобайкальск, горы, снег, лиственничные леса.

8 мая
Приезд в Новую Чару около 11 утра. Закупка продуктов. Такси до Старой Чары. Заброска на самодельном болотоходе в Чарские пески.
Примерно к середине дня — лагерь у беседки и ручья. Первая прогулка по ближайшим барханам, ветер, потоки песка. К закату мрачная погода, холодный синий свет, солнце село в тучу на фоне гор.

9 мая
За ночь всё засыпало снегом. Днём снег начал таять, вышло солнце. Прогулка по окрестностям, съёмка наледей, ручьёв и ледяных проток при солнце. Вечером — прогулка по дальним барханам и съёмка заката над Кодарскими горами. Съёмка с коптера. Ночью — съёмка звёздного неба.

10 мая
Красивейший рассвет: солнце, горы, барханы. Съёмка с коптера, потрясающие панорамы. Днём — съёмка ручьёв, наледей, затопленного леса и голубого льда. К вечеру — прогулка к болотам и северо-западному краю пустыни, съёмка пейзажей по кромке песка и леса. Вечером — закат на фоне гор.

11 мая
Утром ещё была солнечная погода, потом погода испортилась. Пошёл снег, началась метель, стало холодно. В основном день около стоянки: беседка, костёр, еда, разговоры о будущих путешествиях. 

12 мая
Утром вышло солнце, снег начал таять. Прогулка на юг Чарских песков, к более крупным барханам ближе к центру пустыни. Съёмка больших дюн и пейзажей с переменной облачностью.
Около 18:00 — выезд на болотоходе в Старую Чару. Вечером — вокзал Новой Чары, поезд обратно в Красноярск.

13–14 мая
Дорога поездом из Новой Чары в Красноярск.

15 мая
Приезд в Красноярск. Перелёт в Петербург.

Фотоальбомы с этой поездки тут.

А теперь подробно о путешествии в Чарские Пески…

Сначала мы долетели из Питера до Красноярска, там переночевали в отеле. Красноярск стоит на Енисее. Красивое место, красивый город. Потом пересели на поезд и поехали от Красноярска до станции Новая Чара.

Дорога на поезде заняла много времени. Мы ехали два с лишним дня, и это было очень утомительно. Я давно так много не ездил на поезде. Зато по пути было красиво. Я снимал из окна виды Сибири.

Когда мы проехали Байкал, окружающий пейзаж кардинально изменился. Появились высокие горы, снега, леса — ещё совсем не весенние, суровые. Было впечатление, что мы едем куда-то на север, в сибирские горы, в глушь, в дикие края. 

Поезд был хороший, вагон хорошего качества. Мы ехали с комфортом, нам всё понравилось.

Это было ещё самое начало весны. Только-только таял снег. Многие реки ещё были подо льдом. Почки не распустились и даже не начали распускаться. Только ёлки и хвойные растения были зелёные. Постепенно лес сменился: вместо ёлок и сосен за окном стали расти лиственницы. И, конечно, бескрайние болота, пустыри и ощущение, что вокруг никого нет.

Поезд постепенно заползал всё выше к горам Кодара, они уже были видны из окна. Кодарские горы — красивые, высокие, со скальными пиками. 

Новая Чара, Старая Чара и заброска

Мы вышли на станции Новая Чара. Она произвела впечатление небольшого чистенького поселения. Красивые уютные домики, такси, магазины, вокзал. Мы выгрузились и стали искать, где закупить продукты. Нашли ближайшие магазины, купили всё, что будем есть в ближайшую неделю, и на такси поехали в посёлок Старая Чара.

А Старая Чара — это скорее деревенька. Немного старенькая: деревянные домики, всё покосившееся, раздолбанное, кривые заборы. И весна ещё подчёркивала эту разруху. Там у нас была договорённость с мужиком на болотоходе. Мы погрузились в самодельный вездеход и поехали в сторону Чарских песков.

Интересный был забросчик, мужик, который нас вёз. Колоритный. Ответственный, деловой, проявлял заботу, что-то рассказывал. Немного ворчливый. Потом сказал, что у него спина болит от этого вездехода.

Заброска тогда стоила 10 000 рублей. Транспорт уникальный, на котором туда возят. Таких там практически больше нет.

Этот самодельный вездеход был очень интересной конструкцией. Он стоял на здоровенных больших колёсах от грузовика, которые были вручную ободраны, чтобы стали легче. Часть резинового корда была снята, и эти колёса поставили на какую-то самодельную конструкцию. Получилась очень проходимая штука. Двигатель там был от какого-то мотоблока или чего-то похожего. Может быть, от квадроцикла. В общем, это был болотоход полностью самодельной конструкции.

Ехали мы на нём, наверное, часа два с половиной до стоянки в Чарских песках. По пути я снимал фото и видео. Конструкция очень сильно тряслась, поэтому снимать было сложно. Но в конце концов, проехав по дорогам, лужам, глубоким рекам и болотам, мы добрались до Чарских песков.

Чтобы попасть на Чарские пески, нам надо было пересечь реку Средний Сакукан. Она была подо льдом, поэтому сделать это было легко. Весной, когда лёд сходит, проезд к Чарским пескам усложняется, потому что пересечь реку вброд достаточно тяжело. Есть только небольшое количество бродов, где вездеходы могут проехать. Тогда они ездят в обход, и путь существенно удлиняется.

Мы ехали от Чары, от края посёлка, по каким-то еле читаемым дорогам. С восточного края пустыни въехали в пески и остановились около места разрешённой стоянки. Там есть беседка, труба с минеральной водой, родник. В этой части песков мы и жили несколько дней. Отсюда ходили пешком по окрестностям Чарской пустыни.

Переезд на этом вездеходе произвёл сильное впечатление. Такой дрындулет, самодельный. Дед за рулём, немного ворчливый, и мы рассекаем болото и пески. Интересный, красивый пейзаж: птицы, лиственницы без иголок, деревья ещё без листьев, и только небольшое количество сосен и ёлочек зелёные.

Где находятся Чарские пески и что это за место

Чарские пески находятся в Забайкальском крае, в Чарской котловине, рядом с посёлком Новая Чара. Это север Забайкалья, уже почти граница с Якутией. Географически место лежит примерно на 56° северной широты, то есть почти на широте Петербурга. Но по ощущению это совсем другой мир. Здесь резко континентальный климат, большие перепады температур, суровая зима, короткое лето, огромные пространства тайги, болот и горных долин. А рядом с песками поднимается Кодарский хребет, где вершины уходят выше трёх тысяч метров.

Сами Чарские пески занимают около 50 квадратных километров. В длину песчаный массив тянется примерно на 9–10 километров, в ширину — около трёх. Это не пустыня с огромными дюнами, как в Средней Азии или Монголии. Перепад высот внутри песков небольшой, примерно 30–40 метров. Самые высокие барханы поднимаются до отметок около 780–790 метров над уровнем моря, а окружающий лес лежит примерно на 740–750 метрах. То есть по абсолютной высоте это не какие-то гигантские песчаные горы. Но за счёт открытого пространства, линий барханов и заснеженного Кодара на горизонте всё выглядит значительно масштабнее.

Происхождение у Чарских песков тоже не такое, как у обычных жарких пустынь. Это не место, где всегда было сухо, жарко и постепенно образовалась классическая пустыня. Чарские пески — остаток ледниковой эпохи. Во время последнего оледенения с гор Кодара спускались ледники. Когда климат менялся и ледники таяли, в Чарской котловине существовало большое приледниковое озеро. Реки приносили сюда песок, гравий и другой осадочный материал. Потом вода ушла, а песчаные отложения остались. Дальше за работу взялся ветер. Он начал переносить песок, собирать его в гряды и барханы, выдувать одни участки и засыпать другие. Так и появился этот странный реликтовый ландшафт. 

Главное, что делает Чарские пески такими сильными визуально, — их соседство с горами. Кодарский хребет относится к Становому нагорью. Самая высокая точка Кодара — пик БАМ, 3072 метра. Это серьёзные горы, с ледниками, цирками, моренами, скальными гребнями и снежными вершинами. В мае они ещё полностью зимние. Ледники и снежники хорошо видны прямо из пустыни. До начала гор от песков около 10 километров по прямой, но визуально кажется, что барханы лежат почти у самого подножия альпийского массива. Именно из-за этого и возникает главный образ Чары: песок, тайга, болота, лёд и настоящие горы в одном пространстве.

Между песками и горами течёт река Средний Сакукан. С другой стороны песчаного массива находится Верхний Сакукан. Чуть дальше протекает река Чара. Вокруг — лиственничные леса и большие заболоченные пространства. Весной всё это ещё покрыто льдом и наледями. Болота становятся белыми полями, реки частично скрыты под льдом, в долинах лежат голубые наледи, а по ним уже начинает течь талая вода. Летом картина другая, больше зелени, открытой воды, таёжных долин и заболоченных участков.

Чарские пески входят в состав природного парка. Для посещения нужно оформлять разрешение. Стоять можно не где угодно, а в разрешённых местах. Одно из таких мест — стоянка с беседкой, родником и скважиной с минеральной водой в северо-восточной части песчаного массива, где мы и стояли всё время с палаткой. 

Дорога в Чарские пески — отдельная часть путешествия. Быстро и просто сюда не попасть. Из Петербурга или Москвы удобнее всего лететь до Красноярска, а дальше ехать поездом по Байкало-Амурской магистрали до станции Новая Чара. Поезд идёт больше двух суток. Дорога длинная, но сама по себе интересная. После Северобайкальска постепенно меняется пейзаж, появляются горы, лиственницы, заснеженные склоны, болота, северные посёлки и ощущение, что ты уезжаешь всё дальше от привычных мест. 

Ещё возможный вариант долететь из Красноярска в Новую Чару местной авиацией, но с такими вариантами всегда есть нюансы. Поэтому самым стабильным способом остаётся железная дорога. 

Из Новой Чары до самих песков напрямую обычным транспортом не добраться. Сначала нужно попасть в Старую Чару по шоссе, а дальше уже нужна заброска на вездеходе или болотоходе. Весной главный вопрос — состояние реки Средний Сакукан. Если лёд ещё держит, можно ехать относительно прямо. Если лёд уже сошёл, приходится делать большой крюк по болотам, и дорога становится заметно длиннее. 

Заброска обычно занимает 1,5-3 часа. Всё зависит от воды, болот, льда, состояния дороги и техники. Это не массовое туристическое направление, за 5 дней мы встретили только 2 группы, кроме нас. 

Мои впечатление от Чарских песков

В мае Чарская пустыня показалась нам суровой и неприветливой. Вокруг был снег, лёд, было прохладно. Ночью у нас были заморозки почти каждый день. Но были и хорошие солнечные дни, и нам удалось поснимать красивые кадры.

В Новую Чару мы приехали 8 мая около 11 утра. На месте, в Чарской пустыне, оказались уже примерно в половине третьего дня. Разбили лагерь и пошли гулять по пустыне.

Первый день был мрачный. Было пасмурно, прохладно, пейзажи были суровые. Мы пошли гулять среди песков, среди барханов. Снимали закат. Погода была мрачная, солнце село в тучу. Свет был синий, голубоватый, и красивых пейзажей особо не было.

Вообще пустыня представляет собой серию барханов. Высотой они, наверное, метров до 15–20. Самые большие склоны, которые мы пересекали, были метров 10–12. Если смотреть в большем масштабе, то перепад высот в пределах пустыни, по моим ощущениям, может быть метров 30–40.

Мы остановились у ручья в северо-восточной части Чарской пустыни. Самые высокие хребты находятся примерно в центре пустыни, на юго-запад от нашей стоянки.

Стоянка у ручья

Вокруг ручья, который начинается с небольшого родничка, есть ещё и скважина с минеральной водой. У нас рядом с этой скважиной была немного обледеневшая сосулька. Вокруг все озёра и реки были покрыты толстыми льдами.

По рекам были красивые наледи. Русло протачивает небольшую протоку во льду. Толщина льда может быть метр-полтора. Он красивый, голубой. По дну, по песку течёт вода, а берега получаются изо льда. Красивое зрелище: река течёт среди наледи.

На наледях встречаются красивые ручьи. Они текут по самим наледям, не доходя до дна, до песка, на котором лежит лёд. За зиму в этих долинах скапливается много снега и льда, он постепенно намерзает и образует толстые слои льда. Минимум метра полтора толщиной. Весь лес там скрыт таким льдом.

Когда весной начинает таять вода, она постепенно протачивает среди этого льда красивые ручьи с причудливыми берегами интересного цвета.

Наледи и ледяные ручьи

Фотографировать эти ручьи было сложно. Нам приходилось забираться в воду, чтобы найти интересные ракурсы. Но в результате было интересно.

Хорошие наледи мы нашли в соседней долинке рядом с нашим лагерем. Судя по карте, там болотистый лес и какой-то ручей. Мы несколько дней ходили туда и снимали наледи и налёдные ручьи.

Мы дождались хорошей погоды, когда вышло солнце и осветило лёд, подсветило все берега. Вода была красивого бирюзово-зелёного цвета, небо синее, лес весь без листьев, лиственницы голые. Толстый слой снега, под ним толстый слой льда.

Эти ручьи где-то выходят на поверхность, а где-то полностью уходят под лёд. Они текут в толще льда. Мы туда собирались, ходили по этим ручьям и снимали фотографии. Приходилось раздеваться. Конечно, это было прохладненько. Но ради фотографий мы несколько часов там лазили и снимали наледи, затопленный лес, потоки воды.

Очень красивое зрелище. Это стоит поснимать. Наледи и ручьи, которые текут по наледям, — один из самых интересных сюжетов Чарской пустыни.

На меня произвёл впечатление голубой лёд. Его было много на всех наледях. Он такой, с голубоватым отливом, как будто светится из глубины массива льда. Голубовато-зеленоватый оттенок. Когда по нему текли ручьи, они образовывали интересные рельефные стенки.

Было ощущение, что это мини-каньоны. Можно было представить, что это целая страна, целый ледяной мир, в котором по льду текут реки. Если абстрагироваться от масштаба, потому что всё это было достаточно небольшое, хотя по некоторым наледям мы полазали и могли бы даже проплыть. Но не хотелось, потому что было холодно.

Очень красивый был лес. Лиственничный лес, лиственницы с янтарными стволами, с красивой корой. Они торчали из этих наледей и снега. Всё было ещё подо льдом, все деревья были без листьев, но всё равно выглядели очень красиво. У лиственницы интересная форма. Я вообще люблю лиственницу как дерево.

Пески, барханы и горы

Главное, что там интересно, — это пески. Основная часть фотографий, которые я делал, — это фотографии барханов, песка и гор на заднем плане. Основной сюжет — песчаные барханы и высокие скалистые горы позади.

Мы каждый день ходили в разные стороны Чарской пустыни и фотографировали барханы, горы вокруг, виды барханов на фоне заснеженных гор. В целом это всё достаточно похоже, но всё равно интересно.

Около долин встречаются сосновые леса. Сосны растут ближе к пустыне, а в самих долинах уже растут лиственницы. Песок смещается, постепенно засыпает деревья, поэтому по склонам встречается засохший лес. Это тоже интересное зрелище.

По пустыне возят туристов на вездеходах, показывают местность, возят экскурсии. Особенно красиво получаются пылевые бури на фоне заснеженных гор. Там бывают сильные ветра, они поднимают потоки песка и создают интересные пейзажи на фоне гор.

Песок образует интересную структуру, сделанную ветром. Она похожа на морское дно, такая волнистая поверхность, которой покрыты все барханы. Следы там почти не сохраняются. Буквально день — и всё заметает песком. Иногда заметает очень быстро. Поэтому местность кажется нетронутой, будто здесь никогда никто не ходил. Хотя на самом деле люди там могут ходить достаточно часто.

Местами в пустыне встречаются отдельно стоящие деревца, небольшие лесные оазисы. Их можно фотографировать на фоне гор. Ещё интересны засыпанные кусты травы и кустарники, которые торчат из песка. Они тоже создают хорошие сюжеты.

Отдельно интересно снимать пейзажи на фоне Кодарских гор. Долина Среднего Сакукана — как раз то место, куда в мае садится солнце. Мы выбирали высокие обзорные точки, хребты, с которых хорошо видны горы и заход солнца.

Рассветы, закаты и звёздное небо

Один отдельный сюжет для съёмки в Чарской пустыне — звёздное небо. У нас была только одна ясная ночь. После того как солнце село, постепенно стало темнее, появились звёзды, и мы фактически всю ночь провели на улице, снимая звёздное небо.

Постепенно становилось темнее, звёзд появлялось больше. Получались красивые кадры: звёзды на фоне гор и Чарской пустыни. Я пробовал снимать с разными настройками, с разными фильтрами. В целом получились интересные кадры.

Очень сильное впечатление на меня произвело звёздное небо и ночные пейзажи Чарской пустыни. Ночью, когда стало темно, вечерняя заря ещё не догорела. Она подсвечивала горы. Вышла луна и тоже чуть-чуть подсвечивала макушки гор. Вышли звёзды. Получились красивые пейзажи при ночном свете.

Очень интересны были рассветные снимки. На рассвете высокие Кодарские горы подсвечены солнцем, которое встаёт на востоке, немного с юга. Свет ложится по касательной на высокие вершины Кодарских гор. Поэтому на рассвете рядом с нашим лагерем, с высоких барханов, открывались потрясающие пейзажи.

Для этого в основном нужен телевик, потому что горы достаточно далеко. Шириком там особо нечего снимать, за исключением редких случаев. Ширик я использовал на наледях, на сюжетах с песком, кустами и деревьями. Но в основном мне понадобился телевик, чтобы снимать планы барханов на фоне гор.

Самые красивые фотографии у меня получились именно с такими пейзажами: песок, горы, рассветный свет, туман, деревья и дальние горные планы. Красиво смотрелись фотографии, снятые телевиком: горные пики, перепады теней, цвет, краски.

Болота, птицы, снег и цветы

Мы гуляли по окрестностям и выходили к наледям вокруг Чарской пустыни. Все болота вокруг в мае были подо льдом, под слоем льда. Вдали торчали деревья. Были красивые пейзажи на границе, где лес переходит в бескрайние болота.

Ещё интересно было снимать лебедей или гусей, которые остановились передохнуть на этих болотах. Мы несколько раз их находили и снимали.

Наша стоянка была около беседки, в разрешённом месте. Там заготовлены дрова, туда можно приезжать. Посещение парка нужно оплачивать, получать разрешение. Жить можно в определённых местах.

У нас был снег. Мы жили под снегом в палатке. Готовили еду, сидели у костра, ели, отдыхали, обсуждали путешествия. Нас засыпало снегом. Палатка была вся под снегом.

Когда погода налаживалась, снег с пустыни достаточно быстро сдувало ветром или он таял, и мы снова шли фотографировать.

Отдельно были красивые цветы под снегом. Кажется, прострел. Такой красивый цветок, немного занесённый песком. С этими цветами тоже получались интересные сюжеты.

Подробнее по дням нашего путешествия в Чарские Пески

Кратко:
Мы были в Чарских песках с 8 по 12 мая. На пятый день уехали назад.

В первый день мы приехали примерно в половине третьего, разбили лагерь, пошли гулять по ближайшим барханам и снимать закат. Погода была мрачная. Солнце село в тучу. Свет был синий, голубоватый, и красивых пейзажей особо не было.

За ночь всё капитально засыпало снегом. На следующий день снег достаточно быстро растаял, уже к середине дня вышло солнце. Девятого мая, во второй половине дня, было солнечно. Мы гуляли вокруг, ходили по наледям, снимали ручьи. К вечеру пошли гулять в низовье реки, а на закат снова поднялись на барханы, чтобы поснимать, как солнце садится над Кодарскими горами.

В ночь с 9 на 10 мая мы снимали звёздное небо. Была красивая погода.

Десятого мая был красивый рассвет. Очень красивый рассвет: солнце, горы. Я летал на коптере, снимал красивые кадры в округе. Потом мы снова снимали ручьи и наледи. Снимали почти целый день. К вечеру набежали облака, и мы пошли вниз по реке, посмотреть ближайшие болота. Погуляли по болотам, поснимали наледи.

Вечером 10 мая мы были на северо-западном краю пустыни. Ходили вдоль леса и снимали пейзажи по кромке песка. Солнце село, пейзажи стали холодноватыми. Постепенно погода начала портиться.

11 мая с утра ещё было солнечно, а ближе к вечеру пошёл снег. Вечером палатка уже была вся в снегу. Поэтому 11 мая мы в основном сидели около нашей стоянки, около беседки, жгли костёр, ели и обсуждали будущие путешествия. Стало совсем холодно.

Утром 12 мая вышло солнце, снег постепенно стал таять. Снова были красивые пейзажи. Мы пошли на юг Чарской пустыни, фотографировать другие барханы, которые ещё не видели. Ближе к центру пустыни там простираются большие песчаные дюны. К вечеру мы встретились с нашим вездеходчиком, который повёз нас на выброску в Старую Чару. Уехали мы около шести вечера. Примерно к девяти вечера уже сидели на вокзале Новой Чары и ждали поезд.

Подробно:

День 1. 8 мая. Первое знакомство с пустыней

8 мая около 11 утра мы вышли из поезда в Новой Чаре. После двух с лишним суток дороги по БАМу было странное ощущение: вроде бы ты просто стоишь на вокзале небольшого посёлка, но на самом деле уже добрался почти до края привычной карты. Мы закупили продукты на несколько дней, доехали до Старой Чары и там пересели в болотоход.

Сама заброска сразу задала настроение всему дню. Два с половиной часа мы тряслись по болотам, лужам и лесным дорогам. Машина была самодельная, на огромных облегчённых колёсах, с небольшой кабиной, гудящим двигателем и таким уровнем вибрации, что через какое-то время начинаешь лучше понимать людей, которые всю жизнь ездят по таким местам и потом жалуются на спину. За окнами тянулись лиственницы без хвои, сосны, серые весенние болота, вода, лёд, остатки снега. Весна здесь только начиналась. Всё ещё было холодным, мокрым и почти зимним.

Мы пересекли Средний Сакукан по льду, и это сильно упростило дорогу. Я понимал, что если бы лёд уже сошёл, пришлось бы делать большой крюк по болотам, и заброска заняла бы гораздо больше времени. Весной в этих местах всё зависит не от твоего плана, а от состояния воды, льда и грунта. Река может быть дорогой, а может стать препятствием, вокруг которого надо долго объезжать.

Когда болотоход выехал на песок, ощущение было очень странным. Только что мы ехали по мокрому лесу, тряслись по колеям, объезжали лужи, смотрели на болота и лёд, и вдруг перед нами появился песчаный склон. Болотоход поднялся на бархан, и дальше мы уже ехали по самой пустыне. Песок местами был присыпан снегом.

Около 14:30 мы добрались до стоянки у беседки с родником. Это официальное разрешённое место для лагеря. Там есть заготовленные дрова, скважина с минеральной водой, рядом течёт небольшой ручей. Мы быстро поставили палатки и начали обживаться. Уже само место стоянки хорошо показывало масштаб пространства. Вокруг песчаные гряды, рядом ручей, лиственницы, снег, а вдали поднимаются снежные пики Кодара.

Погода была пасмурная и холодная. Вокруг ещё лежал снег, реки и озёра были под толстым льдом. Было ощущение ранней северной весны, когда природа вроде бы уже начала просыпаться, но зима ещё никуда не ушла и держит всё под контролем. Лиственницы стояли голые, без мягкой зелёной хвои. Только сосны и другие хвойные давали отдельные зелёные пятна в общем серо-белом пейзаже.

Мы почти сразу пошли гулять по окрестностям. Первое впечатление от Чарских песков — это не одна большая дюна, а целая система песчаных гряд и барханов. Высота отдельных барханов, наверное, доходила до 15–20 метров. Склоны, по которым мы поднимались в первый день, были примерно по 10–12 метров. Если смотреть на массив целиком, перепады высот внутри песков ощущаются уже как 30–40 метров. Песчаное поле тянется примерно на десять километров в длину и на три километра в ширину, но, когда стоишь внутри, это не воспринимается как маленький участок. Пространство раскрывается постепенно, за каждой грядой появляется следующая.

Наша стоянка находилась в северо-восточной части песчаного массива, возле ручья. Самые высокие песчаные хребты лежат ближе к центру, на юго-запад от лагеря. Но в первый день мы далеко не уходили. Нужно было просто привыкнуть к месту, посмотреть, как оно устроено, почувствовать песок под ногами и понять, откуда здесь открываются виды на горы.

Свет был синий и холодный. Солнце так и не пробилось через облака. Закат получился мрачным. Солнце садилось где-то в стороне долины Среднего Сакукана, чуть севернее запада, но ушло в тучу. Песок стал серым, небо плотным, горы превратились в тёмные силуэты. Красивых открыточных кадров в этот вечер не получилось, но атмосфера была очень сильная.

Ночью место окончательно показало характер. За ночь пустыню капитально засыпало снегом. Утром палатка стояла под слоем снега, а песок, который накануне казался сухим и фактурным, стал белым.

День 2. 9 мая. Солнце, наледи и ночь под звёздами

Утро 9 мая началось со снега. За ночь Чарские пески хорошо припорошило, палатка стояла под белым слоем, вокруг было тихо и холодно. Но к середине дня всё начало быстро меняться. Снег стал активно таять, вышло солнце, и свет сразу стал другим — ярким, жёстким, контрастным. Я даже заряжал пауэрбанк от большой солнечной панели. Солнце было мощное, несмотря на холодный воздух.

Мы решили пойти к наледям в соседнюю долину рядом с нашей стоянкой. По карте там болотистый лес и небольшой ручей, который вытекает из района песков. Летом это, скорее всего, просто мокрое болото, ручей, трава и комары. Но в мае всё выглядит совсем иначе. Это уже не болото, а целая ледяная система.

Толщина льда там была минимум метр, а местами, наверное, доходила до полутора. Лёд плотный, голубой, с глубоким внутренним свечением. Весной вода начинает протачивать в нём каналы. Где-то она течёт прямо по поверхности наледи, где-то уходит под лёд, потом снова выходит наружу. Получаются ледяные русла, промоины, стенки, маленькие каньоны и прозрачные ручьи с бирюзовой водой.

Берега этих ручьёв сложены не из земли, а изо льда. Местами он почти прозрачный, местами насыщенно голубой или бирюзово-зелёный. На солнце всё это начинает светиться изнутри. А вокруг стоят лиственницы без хвои, с янтарной корой и голыми ветвями. Они торчат прямо из ледяного поля, как будто лес вмёрз в наледь, а потом начал медленно оттаивать вместе с ней.

Для меня наледи стали одним из самых сильных сюжетов Чарских песков весной. Барханы и горы — это главный образ места, но именно голубой лёд дал ощущение редкости.

К вечеру мы вернулись к барханам. Поднялись повыше, чтобы смотреть в сторону долины Среднего Сакукана. Именно туда в мае садится солнце — чуть севернее запада. В этот раз закат получился совсем не таким, как в первый день. Солнце не ушло в тучу, а подсветило вершины Кодара. Песок оказался в тёплом свете, горы оставались холодными, снежными, синеватыми.

В такие моменты телевик становится главным инструментом. Горы находятся далеко, около десяти километров от песков, и на широкий угол они сразу становятся маленькими. А длинное фокусное сжимает перспективу, подтягивает пики к барханам и делает кадр плотным. Именно так начинает работать главный сюжет Чары: песок на переднем плане и заснеженные трёхтысячники за ним.

После заката мы не пошли сразу в палатку. Это была единственная по-настоящему ясная ночь за всё путешествие, и её нельзя было просто проспать. Сначала небо ещё держало остатки вечерней зари. Горы были подсвечены мягким холодным светом. Потом вышла луна и чуть подсветила макушки пиков. Постепенно становилось темнее, и звёзд появлялось всё больше.

Мы почти всю ночь провели на улице. Я снимал на 12 мм: широкий угол здесь уже был нужен, чтобы взять в кадр и небо, и силуэт гор, и часть барханов. Пробовал разные настройки, фильтры, разные экспозиции. Под ногами был холодный песок, вокруг тишина, впереди тёмные горы, над ними большое звёздное небо. Никакого лишнего света, никакого шума.

День 3. 10 мая. Рассвет над Кодаром, ледовые поля и кромка пустыни

Ночь с 9 на 10 мая мы почти не спали. Снимали звёздное небо, ходили по пескам, пробовали разные ракурсы, ждали, как меняется свет. Поэтому рассвет 10 мая не был для нас началом нового дня. Он скорее стал продолжением ночной съёмки. Просто звёзды постепенно ушли, небо посветлело, и вместо ночного холодного пространства начали проявляться горы.

Этот рассвет, пожалуй, был самым красивым за всю поездку. Солнце поднималось на востоке, чуть южнее, и первые лучи легли по касательной на вершины Кодара. Горы сразу вспыхнули тёплым светом, а песок ещё оставался в мягкой холодной тени. Получился очень сильный контраст: заснеженные пики уже горят, а пустыня внизу ещё синяя, спокойная, ночная.

Я поднялся на высокий бархан рядом с лагерем и запускал коптер. С воздуха хорошо читалась пластика песчаных гряд. Видны линии барханов, тени, плавные формы песка, а дальше — заснеженный Кодар. Но довольно быстро стало понятно, что высоко летать здесь не особенно интересно. С большой высоты пустыня становится плоской, теряет фактуру и превращается просто в светлое пятно. Самые хорошие кадры получались с небольшой высоты, когда ещё виден рельеф, читаются гребни, тени и направление ветра на поверхности песка.

После рассвета мы снова пошли к наледям. Днём песок снимать уже не так интересно. Свет становится жёстким, тени укорачиваются, фактура барханов сглаживается. А вот лёд, наоборот, в это время начинает работать. Солнце поднимается выше, пробивает толщу льда, и голубой цвет проявляется сильнее. Всё, что утром было просто холодным и синеватым, днём начинает светиться изнутри.

Мы почти весь день провели среди наледей и налёдных ручьёв. Вода местами текла прямо по поверхности льда, местами уходила под него и снова появлялась дальше. По краям стояли ледяные стенки с причудливым рельефом. Где-то лёд был почти прозрачный, где-то густо-голубой, где-то с бирюзовым оттенком. Внутри него были пузырьки, трещины, слои, замёрзшие потоки. Лёд выглядел не как ровная поверхность, а как живой материал, который всю зиму рос, а теперь начал разрушаться изнутри.

Мы пошли по долине вниз, в сторону болот. Всё вокруг было ещё подо льдом. Огромные белые пространства, ровные поля, редкие деревья, торчащие из этой ледяной поверхности. Летом это, скорее всего, обычное болото с водой, травой, кочками и комарами. А в мае оно выглядело как ледовое плато. Идёшь по нему и всё время понимаешь, что под ногами не земля, а замёрзшая вода, под которой уже начинается весна.

На одном из участков мы заметили перелётных птиц. То ли гусей, то ли лебедей. Они остановились передохнуть на этих ледяных пространствах. Среди всей этой холодной геометрии — лёд, снег, голые деревья, синие тени — их движение сразу добавило жизни. Мы попытались подойти ближе и поснимать, но птицы, конечно, держали дистанцию. В таких местах особенно хорошо видно, что даже очень суровый ландшафт не пустой. Просто жизнь здесь более редкая и осторожная.

Ближе к вечеру мы ушли на северо-западную кромку пустыни. Это совсем другая часть Чарских песков. Не открытая панорама с барханами и горами, а граница песка и леса. Там пустыня постепенно наступает на лиственницы. Где-то песок уже засыпал деревья почти до середины стволов, где-то торчат сухие мёртвые стволы, где-то кусты наполовину погребены в барханах. Получается очень графичный пейзаж: вертикали деревьев, мягкие линии песка, серое небо и дальние горы.

Закат в этот день был холоднее, чем накануне. Облака начали подтягиваться, свет стал мягче, прохладнее, без яркого золота. Мы ходили вдоль кромки пустыни и снимали место, где песок встречается с тайгой. Эта линия даёт совсем другое ощущение пространства. Уже не широкий вид на барханы и Кодар, а более камерный, структурный пейзаж.

К вечеру погода начала портиться. Воздух стал плотнее, прохладнее, облака закрывали небо всё увереннее. После ясной ночи, звёзд, рассвета и дневного солнца это воспринималось как естественное завершение большого съёмочного дня. Мы вернулись в лагерь уставшие, почти без сна, но с ощущением, что за один день увидели сразу несколько разных Чар.

День 4. 11 мая. Снег, тишина и белая пустыня

Утро 11 мая началось спокойно. С утра ещё было солнце, мягкий свет и относительно ясное небо. После очень насыщенного предыдущего дня мы никуда далеко не торопились. Просто ходили рядом с лагерем, смотрели на барханы, на горы, на остатки снега на песке. После ночной съёмки, рассвета, наледей и кромки пустыни хотелось немного замедлиться и не превращать каждый час в погоню за кадром.

Сначала Чара выглядела почти мирно. Песок снова начал открываться после снега, на склонах оставались белые пятна, за барханами стояли горы. Такие состояния интересны не меньше, чем чистый солнечный пейзаж. Снег подчёркивает форму песка, ложится в углубления, выделяет гребни, делает рельеф более читаемым. Появляется странное сочетание: вроде бы пустыня, но она не жёлтая и жаркая, а холодная, северная, с зимними следами.

Ближе ко второй половине дня стало понятно, что погода снова меняется. Облака начали сгущаться, воздух стал плотнее и тяжелее. Свет ушёл в холодный, плоский, почти металлический оттенок. Ветер усилился. Горы на горизонте стали менее объёмными, но более суровыми. Уже было видно, что к вечеру нас снова накроет.

Мы вышли гулять по пустыне уже под снегом. Сначала он просто срывался отдельными хлопьями, потом начал идти увереннее. Это очень редкое и красивое состояние, когда барханы постепенно покрываются свежим белым слоем, а под ним ещё остаётся тёплый песочный цвет. Получается необычный контраст: белое и охристое в одном рельефе. Песок не исчезает сразу, он просвечивает сквозь снег, выступает на гребнях, остаётся в пятнах на подветренных склонах.

Мы снимали барханы и горы в этом снежном состоянии. Пейзаж стал более графичным и почти монохромным. Ветер поднимал песок, снег ложился на гребни, дальние пики Кодара темнели в облаках. Всё выглядело не как красивая открытка, а как суровая северная сцена. В этом была совсем другая красота. Не яркая, не праздничная, а строгая и холодная.

К вечеру снег усилился. Пустыня постепенно стала белой. Палатку начало заметать уже по-настоящему. Мы решили больше никуда не идти. Вечером сидели у костра рядом с беседкой. Жгли заготовленные дрова, грелись, ели, разговаривали про будущие путешествия. Я уже был в зимней куртке, потому что стало действительно холодно.

День 5. 12 мая. Солнце после снегопада и возвращение

Утро 12 мая снова всё поменяло. Вечером пустыню засыпало снегом, ночью было холодно, а утром мы проснулись — и вышло солнце. Небо прояснилось, снег начал быстро таять. За несколько часов Чарские пески снова стали другими. Белые пятна исчезали, песок проявлялся, рельеф возвращался, барханы опять становились песчаными, а не снежными.

Мы решили не повторять уже отснятые точки и пошли южнее нашей стоянки, в сторону центра пустыни. Там рельеф крупнее и выразительнее. Длинные песчаные гряды, более высокие барханы, больше пространства. Перепады ощущаются сильнее, горизонт шире, и пустыня становится уже не просто участком песка среди леса, а самостоятельным миром.

Главный сюжет снова был тем же самым — барханы на фоне пиков Кодара. В Чаре к этому всё время возвращаешься. Можно снимать лёд, лес, снег, болота, наледи, но основная сила места всё равно в сочетании песка и гор. Телевик здесь решает почти всё. Горы стоят примерно в десяти километрах, и без длинного фокусного они слишком быстро теряются. А в сжатой перспективе заснеженные вершины становятся частью песчаного пространства. Песчаные гребни уходят к горизонту, а за ними поднимаются холодные пики Кодара. Для меня именно такие кадры стали финальной точкой визуальной истории этой поездки.

К 18:00 мы вернулись к стоянке. Там нас уже должен был забрать наш забросчик. Обратная дорога получилась другой. По прямой через Средний Сакукан уже нельзя было ехать: лёд за эти дни ослаб, и состояние реки изменилось. Пришлось ехать в обход. Весной здесь всё быстро двигается. Ещё несколько дней назад лёд был дорогой, а теперь он уже стал проблемой.

Обратная заброска заняла около трёх часов. Болотоход снова гудел, трясся, пробирался через воду, колеи, лужи, лес и болота. Но теперь дорога воспринималась иначе. Когда мы ехали туда, впереди были пески и неизвестность. Когда возвращались обратно, за спиной уже оставалась вся эта маленькая экспедиция: снег, наледи, звёзды, рассветы, ледяные ручьи, барханы и Кодар на горизонте.

Около девяти вечера я уже сидел на вокзале Новой Чары. Ночью мы сели на поезд в сторону Красноярска. Дальше снова была длинная дорога. 13 и 14 мая прошли в пути, 15 мая был самолёт и возвращение в Петербург.

Если посчитать, почти половина путешествия ушла на дорогу. Самолёт, ночь в Красноярске, больше двух суток в поезде, заброска, потом всё то же самое обратно. Но именно это и делает Чарские пески такими. Это не место «по пути». Не локация, куда заехал на пару часов между делом. Сюда нужно ехать специально, долго, с пониманием, что сама дорога будет частью путешествия.

Общие впечатления

Чарские пески остались как место, которое ни на что не похоже. Я больше нигде не встречал такого сочетания: пустыня и вокруг высокие настоящие скалистые горы, покрытые снегом.

Получилось красивое путешествие. Места, конечно, красивые. Это стоит посмотреть. Но дорога туда утомительная, и, наверное, ехать туда лучше не на четыре дня, а хотя бы на неделю, чтобы успеть выбраться ещё куда-то в окрестности.

Я думаю, эти горы со снегом будут красивыми и летом — в мае, июне, июле там должны быть хорошие пейзажи. Но, наверное, в мае я второй раз туда уже не поехал бы повторять то же самое. А вот в другое время года было бы интересно посмотреть, как всё выглядит при более тёплой погоде, когда меньше снега и, возможно, лучше погода.

С другой стороны, летом там не будет наледей, а это очень интересный сюжет для съёмки. Поэтому, может быть, всё-таки весной там красивее.

Наверное, в мае я второй раз туда уже не поехал бы повторять то же самое. А вот в другое время года было бы интересно посмотреть, как всё выглядит при более тёплой погоде, когда меньше снега и, возможно, лучше погода.

Про фотосъемку и технику

В этот поход я брал свой стандартный набор техники. У меня был сверхширик Laowa 12 мм/2,8, я его использовал для звёздного неба и некоторых пейзажей. Многие наледи я снимал им. Ещё был стандартный объектив 24–105 f/4, которым я снимал средние кадры.

Также у меня был телевик Sigma 150–600. На телевик я снял большинство красивых кадров. Это был мой основной рабочий объектив. Самым рабочим диапазоном был где-то от 100 мм и больше.

Ещё у меня был с собой квадрокоптер DJI AIR 2S. С него я снял много интересных кадров. На квадрокоптере было быстро долететь до локаций, до которых пешком идти долго. По пустыне ходить достаточно утомительно, и перейти с одного бархана на другой может быть долго. А перелететь на квадрокоптере и найти точку съёмки было достаточно просто.

Квадрокоптер меня порадовал. С него я снял много интересных панорам Чарской пустыни. Особенно на рассвете. Высоко летать было неинтересно, потому что пустыня сверху становится плоской. Сверху особо ничего интересного не видно: плоская пустыня и дальше высокие горы. До гор долететь сложно. Я отлетал примерно километров на пять, чтобы поснимать издалека, как всё выглядит, но ничего особенно интересного с такого расстояния не снял.

Хорошо себя зарекомендовала солнечная батарея. Я брал большую, на 200 ватт, примерно квадратный метр по площади. Заряжал аккумуляторы квадрокоптера и другие аккумуляторы. Когда выходило солнце, оно было достаточно мощным, и всё быстро заряжалось. Акум от коптера заряжался до 100% примерно за час от неё.

Фотоальбомы с этой поездки тут.

Теги: 2023, Фототуры — походы за фотографиями, Походы и путешествия в Горы, Походы пешком, Походы и путешествия с Мариной, Чарские пески, пустыня, горы